Джоанна, я и кое-что ещё

Юра:
Наконец-то добрался до писательства.  Начинаю подозревать, что манящие рассказы о лежании под пальмой на пенсии - не более, чем красивая сказка.  Надеюсь, что мне удастся вычёркивать пункты из списка необходимых дел быстрее, чем они прибывают.  Короче говоря, пока не скучно.

По просьбе дочери помещаю фото с нашей спасительницей: "обаятельной и привлекательной Джоанной". Комментировать не буду, а то Наташа уже и так подозрительно и многозначительно на меня косится.

Пару дней назад решил устроить перерыв в непрерывном процессе чтения (с очевидной целью) книг на испанском и позволить себе ненадолго "вернуться к истокам и отодхнуть душой".  Один из многих писателей, которые очень хорошо помогают мне в этом, - Борис Львович Васильев.  Одно из несомненных благ технологического прогресса - всю свою библиотеку из сотен книг можно носить в кармане.

Итак, "Век необычайный" Бориса Васильева.  Он родился в один год с моей мамой, то есть он - предыдущее для меня поколение.  Но то, что и как он пишет - о себе, о своей семье, о стране, о времени - знакомо до слёз.  Честная, светлая, проникнутая болью книга.
Какое отношение это имеет к Эквадору?!  Кроме чисто механического - того, что читаю я её в Эквадоре, - как и всякая стóящая книга, она неизбежно вызывает ассоциации с собственным опытом, с собственными сомнениями и вопросами.  И беседовать неспешно с такми людьми, как Борис Львович, - великое удовольствие.  Даже одно сознание того, что они есть (к сожалению, тут должен сказать - были), поддерживает и пусть чуть-чуть, но всё же теснит границу между тьмой и светом, позволяя вздохнуть глубже и ощутить тепло родственной души.
Чтобы удержаться в "эквадорской" теме, выдерну из книги несколько слов об отце (простите, Борис Львович, за неизбежную вивисекцию).  "Мой отец, к примеру, ... был счастлив, ибо не знал ни зависти, ни неудовлетворенных желаний."  Читая это, вспомнил наших новых знакомых - служащих нашей гостинички (вот вам и связь с Эквадором).  Чем больше они нам рассказывают о своей повседневной жизни (мы по-прежнему продолжаем всячески стимулировать их в этом), тем яснее становится, насколько она непроста (по нашим понятиям).  Но никаких жалоб или стонов.  Напротив - заразительная открытость, естественная приветливость, доброжелательность, желание помочь.
Знаю, знаю - тут же найдутся люди, спешащие перебить меня и с горячностью заявить, что такие люди есть в любой стране.  Да кто же спорит!  Если бы это было не так, жить было бы совсем невозможно.  Я - не об отдельных людях, а о тенденции, как я её ощущаю, о статистике, если угодно.  В последние годы меня начали несколько утомлять и настораживать некоторые из этих самых тенденций.  Не место здесь вдаваться в подробности, просто скажу, что мне доставляет удовольствие общаться с людьми, у которых не проглядываются эта самая зависть или тяжёлый след неудовлетворенных желаний.
И ещё ассоция, вызванная тем, о чём Борис Львович пишет с такой болью: о судьбе страны, о том, что же сделало двадцатый век необычайным.  Ассоциация уже много более глобального масшатаба.  Вот ещё цитата, её вызвавшая: "Было время, был террор, были палачи, жертвы и – толпа. Та же самая, которая подкладывала дровишки в костер Жанны Д'Арк: психология толпы не меняется во времени. В отличие от детской самозащитной жестокости, она лишена способности взрослеть, постепенно из наивной простоты превращаясь в тупую дремучесть."
Мы уже в двадцать первом веке, и в сегодняшних новостях читаю:
"Электоральный рейтинг Владимира Путина достиг исторического максимума", - то есть народ с воодушевлением поддерживает и одобряет.
"Лауреат Нобелевской Премии Мира Барак Обама предлагает Конгрессу упростить процедуру объявления войн президентом" - думаю, что это его предложение получит поддержку, хотя он и без этого очень успешно наращивает бюджет Пентагона и бомбит всё, что пожелает.
"... психология толпы не меняется во времени".  И люди продолжают гибнуть.

Заранее предупреждаю - в дискуссии здесь по этому поводу вступать не буду, хорошо зная по собственному опыту, насколько это бесполезное занятие.  И не пытайтесь, пожалуйста, прочитать что-то между строк.  Там ничего нет.   Просто вот так вот я это ощущаю - и всё.

Ну, и для разрядки - ещё несколько картинок.

Солнечно и тепло.  Чувствую себя немного неудобно, зная, что  близкие нам люди мёрзнут и мокнут в то время, как мы тут

беззастенчиво нежимся под ласковым солнышком.  Немного успокаивает то, что те, кто нас любит, рады за нас.

Местный аналог Fast Food.  Название заведения привлекает незамысловатостью

и прямотой: COMIDA - то бишь ЕДА.

В Cajas - одном из многочисленных национальных парков.

Высота - 4000 метров.  Прохладно, вверх по склонам приходится карабкаться очень не
спеша: кислорода не хватает.






В том же парке.  Растительность - альпийская.  Скупая,
но при ближайшем рассмотрении очень разнообразна и удивительно привлекательна.

Эвкалиптовая роща в одном из городских парков.  Могучие деревья, источающие характерный запах и, как говорят, обладающие бактерицидным свойством.

До новых встреч.